Виконт нахмурился, его брови сошлись у переносицы.

— Позвольте взглянуть.

— Боюсь, зрелище весьма неприятное, милорд.

Не обращая внимания на его слова, Девлин нагнулся над трупом и откинул мешковину.

Дрожь отвращения пробежала по его лицу, черты вдруг исказились, но лишь на мгновение. Искоса наблюдая за виконтом, Лавджой сказал себе, что этот человек, должно быть, видал немало подобных — а может, и много хуже — картин за годы, проведенные на войне.

Девлин окинул взглядом набрякшее влагой пальто, посмотрел ниже, туда, где виднелись обрезанные панталоны. То, что осталось от ног юноши, скорее походило на окорок, выставленный в лавке мясника, — белеющие сквозь месиво кости, искромсанная, висящая клочьями плоть.

— Тело Кармайкла было искалечено подобным образом?

Лавджой достал из кармана платок и промокнул лицо, прежде чем ответить.

— Да. Только у него убийца изувечил руки. Нижние конечности той жертвы не пострадали.

Теперь Девлин внимательно смотрел на гладкое лицо молодого Стентона, обрамленное волнистыми светлыми волосами.

— Имя этого юноши?

— Молодого человека звали Доминик Стентон. Старший сын Альфреда, лорда Стентона. Всего восемнадцать лет.

— Тем не менее, — кивнул Девлин, — не совсем понятно, почему меня сюда пригласили.

Лавджой поднял плечи, защищаясь от набежавшего с реки промозглого холода. Он не ожидал, что виконт так легко перейдет к этому вопросу.

— Я решил, что вы, возможно, согласитесь помочь нам разобраться в происшедшем.

— Почему все-таки я? — спросил Девлин, продолжая пристально смотреть на Лавджоя.

— Эти молодые люди принадлежали к кругу ваших знакомых, сэр.

— И вы решили, что их убийца тоже может принадлежать к кругу моих знакомых?

— Мы этого не знаем, милорд. Похоже, несчастный юноша был убит в другом месте, после чего его тело перевезли сюда.